Верую во Единую, Святую, Соборную и Апостольскую Церковь.

Высшим органом церковного управления с самых древних времен признавался в Христианской Церкви – Собор. Апостольские правила требуют, чтобы в каждой Поместной Церкви ежегодно по два раза собираемы были соборы для решения разных недоумений в церковных делах и для выработки правил церковного благочестия. В настоящий момент слишком много накопилось в нашей церковной жизни нужд, настоятельно требующих удовлетворения! Слишком остро стала чувствоваться потребность услышать, наконец, голос действительной Церкви, как общества верующих во Христа! Наименование Церкви – «единою, святою, соборною, и апостольскою», указывает собою те начала, которые должны проникать всю жизнь Церкви, все ее стороны, все соотношения и взаимоотношения ее членов. Единство Церкви не нарушается тем, что на земле существует много церквей. Все это части единой вселенской Церкви. По существу своему они составляют одно целое – одно тело. Глава у тела единая – Иисус Христос, Богочеловек; Единый Дух Святой освящает это тело; Единый Бог и Отец для всех Церквей и для всех членов Церкви; единое общее для всех Божественное откровение; единая общая вера, общие упования, молитвы, таинства: вот те существенные признаки, которыми определяется единство Церкви. Во всем разнообразии должно быть единство. «Сохранять единство духа в союзе мира»: вот что заповедует Апостол (Еф.4,3). Церковь, тело Христово, «не из одного члена», говорит Апостол, - «но из многих». «Бог соразмерил тело», т.е. правильно, точно распределил, чтобы … «не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге». Церковь как живой организм, растет совокупным действием всех своих членов и вместе с их ростом, в меру действия каждого члена (Еф. IV,13-16). Прилагая это подобие в словах Апостола к вопросу о нашем предстоящем церковном Соборе, естественно признать за всеми членами Церкви Российской право на деятельное участие в соборных рассуждениях. По изречению известного «Послания восточных патриархов», хранитель веры есть народ. Сугубая благодать епископского сана сама по себе не дает права епископу быть самодовлеющей величиною в Церкви. Епископ, как и всякий другой обладатель благодатных даров, должен по завету Апостола «возгревать» их в себе (2Тим.1,6). А это возможно не иначе, как через постоянное общение в молитве, в учении, в делах веры и любви. В противном случае он обречет себя на постепенное омертвение. История Церкви – беспристрастная свидетельница правды – говорит, что колебались и падали и епископы, и пресвитеры, и миряне. Она же говорит нам о том, как охраняли и утверждали истину веры представители и тех, и других, и третьих. И так, одни другие и третьи – все вообще и каждый в отдельности – должны помогать друг другу, восполнять один другого. Никто не имеет права говорить другому: «ты мне не надобен». Все нужны друг другу. «Дары различны», говорит Апостол, но Дух один и тот же; и служения различны, а Господь один и тот же; и действия различны, а Бог один и тот же, производящий все во всех. Но каждому дается проявление Духа на пользу («на пользу» всей Церкви): одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом, иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному различные языки, иному истолкование языков. Все сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно» (1Кор.12,4-11). Церковь есть здание Божие, основанное на Христе – «краеугольном камне». Это здание созидается полнотою всех верующих, полнотою веры и любви, полнотою вообще духовной жизни. «Служите друг другу». (1Петр. 4,10); «увещевайте друг друга каждый день» (Евр.3,13); «признавайтесь друг пред другом в поступках и молитесь друг за друга» (1Петр.4,10): вот что много раз заповедуют верующим апостолы в своих посланиях. Все друг для друга, все друг другом, все друг о друге. Вот как созидается единая, она же нераздельная Церковь Христова. И если такое созидание должно идти непрестанно, то может ли быть исключением Собор? Не тем ли даже более Собор-то именно и должен быть выразителен такого созидания? Церковь должна быть святою. История Церкви показывает то, что во время гонений христианство являло себя именно тем, чем оно должно бы быть всегда и чем оно на самом деле в наши дни не являет себя – «обществом святых», объединенных всецело духом любви ко всем, готовым во всякое время на подвиги самоотвержения. Церковь должна жить Духом Господним, «а где Дух Господень, там свобода» (2Кор.3,17), - духовная свобода личности, простор для раскрытия в ней высших зачатков богоподобной жизни. Значит, где остается место какому-либо насилию, принуждению, там уже недостает свободы, там оскудение Духа Господня. Любовь с своей стороны, не нарушая личной свободы, должна связать отдельных членов Церкви во едино, в одно общество. Истинная любовь изгоняет страх, потому что в страхе есть мучение (1Иоан.4,12): так говорит Апостол любви. И вот, только в совокупном действии свободы и любви, как бы анализа и синтеза, возможно нормальное устроение церковной жизни, «Ты уже не раб, но сын (Гал.4,7), «сын любви Божей» (Иоан.1,13; Иоан3 1-2). Дух Господней любви сам собою предполагает полную веротерпимость у членов Церкви в отношении ко всем людям иных религиозных упований. Все люди наши ближние, какой бы религии они ни держались. Члены Церкви, уважая свои верования и убеждения, должны относиться с осмотрительностью и к верованиям и убеждениям других людей. Всякому человеку дорог свой духовный мир. Сохрани Бог, если члены Святой Церкви проникнутся ложной ревностью по вере и будут производить те или иные насилия над иноверными, хотя бы и с целями миссионерскими (не говорим уже о политических). Что свойственно последователю Магомета, то должно быть противно совести ученика Христова. Великим историческим грехом, во все времена и у всех христианских народов были гонения на еретиков, сектантов, раскольников. Святая Церковь требует одинаково, чтобы святые цели достигались святыми, чистыми средствами. Все эгоистическое, утилитарное, узко-партийное противно чистоте истины Божией. Само собою разумеется, что Церковь должна благословлять всякие благие начинания правительств и обществ человеческих в пользу большего простора для развития духовных сторон жизни граждан. Церковь, без сомнения, выше всего земного, но она не вне земли; она не вмешивается в суету житейскую, но она не попускает быть ничему ложному, бесчестному, безнравственному; она чужда политической деятельности, но она дает христианское направление, правильное освещение политике; она судит и осуждает политику коварства, своекорыстия, грубой силы и бесправия. Она враг революционных насильственных движений, противник кровавых расправ и всяких бесчеловечных отношений, всяких жестокостей – даже к животным. Она благословляет мирный прогресс, молится о торжестве добра, благопоспешении и счастье как отдельных лиц, так и обществ, и государств, «О МИРЕ ВСЕГО МИРА». Мы не говорим о просветительном влиянии жизни христианской, - это само собою подразумевается: «Кто сотворит и научит, тот великим наречется в Царстве Небесном» (Матф.5,19). И поэтому, главным средством для исполнения этих великих задач Церкви служит Проповедь, - та свободная (2Тит.2,9) в духе веры и любви, и нелицемерной правды, одушевленная благодатью проповедь, которая должна раздаваться из уст пастырей Церкви «благовременно и безвременно (2Тим.4,2). Без пристрастия, без угождения одним (сильным, знатным, богатым), без озлобления других, как с призванием к вечному спасению (что, несомненно, есть первое), так и с научением правильному отношению к земному, с указанием путей насаждения Царства Божия в среде обыденной жизни, в области житейских занятий: вот какова должна быть современная проповедь! Она должна быть чужда той аскетической односторонности, которая неприменима в условиях обычной мирской жизни. Она должна устанавливать норму святости и на земле – в тех условиях, в какие поставлен человек в своей земной жизни. Проповедь погрешает против святости Церкви, если в нее влагаются искусственно те или другие политические тенденции; если в ней отражается односторонность и страстность самого проповедника; если она, будучи по содержанию и тону своему обличительная и осуждая дурные поступки человеческие, вместе с тем возбуждает в слушателях враждебные чувства к самим грешникам. Любовь должна быть всегда и везде мотивом пастырских действий. А любовь выше закона, выше юридической правды: правда, иногда жестокая, по своим проявлениям, в любви находит для себя смягчение, умирение. «Любовь все покрывает... все терпит»; «любовь никогда не отпадает»; любовь «больше» всех даров (См.1Кор.13) – вот почему великие подвижники веры, исполненные истинной любви, были всегда «печальниками» за согрешивших братий. Святость Церкви требует, чтобы с возможной точностью было определено и внушено членам Церкви понятие о том что есть в ее жизни вечное неизменное, и что подлежит изменениям, дополнениям, согласно с запросами развивающегося сознания верующих и изменяющихся потребностей жизни. Смешение евангельских, догматических истин вероучения и нравоучения с частными мнениями отдельных лиц (хотя бы и учителей Церкви), с одной стороны, а с другой – смешение правил истинно канонических, обоснованных на Божественном откровении, с традициями местного, временного характера нередко приводило и приводит к печальным недоразумениям и раздорам в жизни церковной, к преувеличенному возвышению «обычая», «обряда», во вред вселенской истине, в ущерб жизненности истинно евангельских начал и устоев, в порабощение существа духа веры и благочестия внешней форме и мертвой букве (Иоанн.6,33; 2Кор.3,6). «Суббота для человека, а не человек для субботы» (Мрк.2,27): вот евангельский принцип который не должен быть никогда забываем в практике церковной. Законы для людей, а не люди для законов; каноны для Церкви, а не Церковь для канонов; иерархия для служения верующим, а не верующие для служения лицам иерархии; наконец – начальствующие и старейшие для подчиненных и младших, а не наоборот, - не так, как это укоренилось в обычных гражданских понятиях. Образцом в Церкви – везде и во всем – должен быть ее Основатель – Христос. А Он говорит о Себе в Евангелии: «Сын Человеческий пришел не для того, чтобы Ему служили, но для того, чтобы послужить другим» (Матф.20,28). Вспомним омовение ног на Тайной вечере: Христос видимый, наглядный пример дал ученикам Своим, как должно выражаться, до какой степени должно нисходить служение «высших» в Церкви «низшим». Насколько Апостолы были велики в своем смирении, об этом говорит многое в посланиях святых Петра и Павла. Например, когда Корнилий сотник «встретил Петра и поклонился падше к ногам его», то «Петр поднял его, говоря: встань, я тоже человек» (Деян.10,25,26. См.2Кор.12гл., Гал.4гл. и проч.). Какое в этом обличение известным приемам раболепства и гнусного низкопоклонничества! Христос однажды и навсегда оставил завет своим апостолам: «Цари господствуют над народами и владеющие ими благодетелями называются; а вы не так: но кто из вас больше, будь как меньший и начальствующий как служащий» (Лк.22,25-27). Забвение этого завета Христова всегда вело и ведет к утверждению полицейского строя в среде Церкви, в частности – в среде иерархии. От этого избави, Боже, впредь нашу церковную жизнь. Мы привыкли называть «службой» отправление богослужений, а о других видах служения ближним забываем. Умеем говорить о правах, но молчим об обязанностях. Соборною Церковь называется в том смысле, что «она не ограничивается ни местом, ни временем, ни народом, но заключает в себе истинно верующих всех мест, времен и народов» (Прав.Катих.). Соборность Церкви сама собою предполагает равенство всех и каждого пред Богом. Все люди одинаково правоспособны быть членами Церкви, Все – сонаследники вечной жизни во Христе. Соборность Церкви соответствует словам Апостола: «несть еллин, ни иудей, обрезание, ни необрезание, варвар и скиф, раб и свободь, но всяческая и во всех Христос» (Кол.3,11). Все народы призываются в Церковь, без различия языка, цвета кожи, степени культуры. Сама Церковь в 1-й день Светлого Воскресения Христова за литургией читает Евангелие на разных языках. Тем самым она признает права всех народов на всех языках и наречиях славословить Единого для всех Христа-Бога. Издревле Церковь христианская стояла выше всяких национальных, политических, имущественных и сословных видов и разделений. Она всегда делала общечеловеческое «соборное» - в обширнейшем смысле – дело. Такова ее практика, евангельской проповеди всем народам. (Шедше научите все народы...). Такова практика христианского милосердия. Этим Церковь завоевала себе симпатии народов и – среди народов – тех людей, которых мир презирает и считает отребьем. Она является везде истинной матерью, для которой все дети одинаково дороги, а наиболее несчастные из них заслуживают большего попечения. Церковь ни для кого никогда не являлась мачехой, никогда нигде не покровительствовала одним в ущерб другим. Соборность Церкви, наконец, должна проявляться и в том, чтобы на служение Царству Божию, как к центру по радиусам, со всех сторон собирались все те силы, все те факторы, которыми создается, так называемый человеческий прогресс. Представители Церкви, люди науки, поборники искусств, деятели политики, промышленности, торговли, - словом, все, каждый в меру своих сил и способностей, своих трудов и познаний, должны в сущности делать одно общее дело – созидать Церковь, надстраивать и надстраивать ее, при содействии Духа Божия, «доколе», как говорит Апостол, «все прийдем в единство веры и познание Сына Божия, в мужа совершенного, в меру полного возраста Христова» (Еф.4,13). Положительное отношение Церкви к факторам прогресса и доверие к ним, более того – содействие им в достижении общих для человечества целей: утверждения и распространения Царства Божия в мире, во всей универсальной обширности его идей и проявлений. Элементы культуры, конечно, не без известного отбора, должны быть воспринимаемыми Церковью и, по законам ей присущим, претворяемы в благотворное питание ее членов, для общей «пользы» (1Кор.10,24;12,7; Фил.4,12), подобно тому, как это делает наш организм с всевозможными элементами пищи и питья, поступающими в желудок. Соборность Церкви не исключает забот пастырских о каждой отдельной овце. Напротив, самому понятию Церкви противно, например, деление людей на народ и интеллигенцию. Как много в этом заблуждений! Неужели не дорого для самого неба спасение каждой отдельной души? Пред Богом нет интеллигенции, нет народа, нет никаких групп и партий, - есть только люди – грешники; есть кающиеся, есть не кающиеся; есть противляющиеся Истине. Церковь же именует себя матерью, поэтому должна быть внимательна и благожелательна ко всем и каждому человеку и всех овец «собирать» в единое стадо Христово. Соборность Церкви должна проявляться всюду в жизни Церкви, во всех отношениях ее членов к Церкви и друг к другу и ко всем. Соборность в единстве, единство в общении всех и каждого: вот в чем заключается полнота Церкви. Соборность должна проявляться и в ее управлении, о чем мы будем говорить ниже. Церковь именуется Апостольскою. Это наименование, - по словам Катехизиса, - говорит о том, что Церковь сохраняет неизменно от Апостолов и учение, и преемство даров Святого Духа чрез священное рукоположение». Под учением разумеются здесь все предания истинно апостольские, касающиеся и веры, и церковного управления, и, вообще, церковных установлений. К числу таких установлений относится и то, что называется «соборностью» церковного устройства, т.е. такое устроение церковной жизни, при котором не дается места какому либо абсолютизму и единоличности в управлении, а все сводится к авторитету Соборов. Святые Апостолы, устрояя Церковь по заповеди Учителя своего, оставили на все времена образцы истинного Соборного управления в Церкви. Эти образцы никогда не забывались Церковью, но в силу разных видимых обстоятельств, по временам как бы затемнялись, уступая место началам гражданского свойства. Несомненно, иерархия в Церкви, начиная, по видимому, со времен Константина Великого, вошедши в союз с абсолютизмом государственной власти, все дальше и больше оттесняла назад значение мирян, или народа. В наше время, в виду предположений и ожиданий нами созыва Поместного Церковного Собора, иногда слышишь споры о том: не одни ли архипастыри должны составить Собор? Можно ли допустить на Собор рядовое духовенство, т.е. пастырей Церковных? Тем более, можно ли дать место на Соборе мирянам? Обратимся к образцам Апостольским. На первых страницах книги «Деяний Святых Апостолов» мы уже найдем ясные ответы не только на вышеприведенные вопросы, но и на другой, интересующий всех нас вопрос: должны ли быть архипастыри и пастыри в Церкви по назначению власти или же по избранию народа? В 1-й главе книги «Деяний Святых Апостолов» (ст.15-20) говорится о первом общем Церковном собрании – Соборе. На этом собрании были не одни Апостолы из 12-ти и не в соединении только с собором 70-ти Апостолов, а в общении и с другими верующими, всего до 120 человек: ____________ говорится в греческом тексте книги «Деяний» (______ означает толпу народную), т.е. большое количество людей. Предметом собрания было избрание двенадцатого Апостола, вместо отпадшего Иуды. Апостол Петр, по-видимому, в качестве председателя Собора, делает предложение об избрании, разъясняя при этом те условия, каким должен удовлетворять избираемый (именно пребывание со Христом от крещения до вознесения). После предложения Апостола Петра, - сказано в «Деяниях», - поставили (________ из среды своей выставили кандидатами) двоих. «Смотри», замечает по этому случаю Иоанн Златоуст, «как Петр все делает с общего соглашения и не распоряжается ничем самовольно, как начальник». Затем, «помолились» и «бросили жребий». «Жребий пал на Матфия...». Второй подобный случай соборного избрания описан в той же книге «Деяний» в 6-й главе (ст.2-6). Опять сказано, что двенадцать Апостолов призвали «множество (________) учеников» (под учениками же разумеются вообще верующие, что ясно видно из 7-го стиха той же главы). Собравшимся они предложили «усмотреть» (___________- наметить) из своей среды семь мужей «изведаных» (___________ - «вами свидетельствуемых, рекомендуемых»)... «И избрали» (________ т.е. все «множество учеников»)... «Их поставили пред Апостолами, и сии, помолившись, возложили на них руки». Третий образец соборного общения Святых Апостолов и «учеников» - верующих описывается в 15 главе книги «Деяний Святых Апостолов» (Ст.1-33). Это уже прямой образец «Собора», т.е. такого Церковного собрания, на котором решались вопросы догматического и нравственного характера, касавшиеся не одной только Иерусалимской Церкви, но и других Церквей, бывших «в Антиохии, Сирии и Киликии», а затем получившие значение для всей Вселенской Церкви на все времена, «до скончания века». Из данного описания видно, что «братья», т.е. члены Антиосийской Церкви, смущенные «некоторыми» из иудеев (по вопросу об обрезании по закону Моисееву), «положили» (______ определили) послать Павла и Варнаву и других из своей среды в Иерусалим «для вопрошения о сем к Апостолам и пресвитерам» (по славянски – «старцам»). Посланные по определению Церкви Антихийской были приняты «Церковью, Апостолами и пресвитерами, и возвестили, что Бог совершил вместе с ними». – Для рассмотрения дела собрались «Апостолы и пресвитеры»: так написано в 6-ом стихе, - в 12-ом стихе сказано, что на Соборе присутствовало «все множество (_______), в 22-ом стихе говорится еще больше: «Тогда изволися – Апостолам и старцам со всею Церковью» (______). – По выслушании предложения Антиохийской Церкви, на Соборе последовало «долгое рассуждение» (______ исследование, а по чтению Златоуста - _____ совместное, общее исследование), после которого Апостол Петр обратился к Собору с речью. Вслед за речью Петра, Собор «слушал Варнаву и Павла»... А затем «начал речь Иаков». – Из описания ясно видно, что собравшиеся на Собор члены Церкви то говорили, то умолкали, слушая речи Апостолов. Видно и то, что постановление состоялось по общему согласию: «тогда Апостолы и пресвитеры со всею Церковью рассудили... « (Ст.22); «собравшись единодушно рассудили» (Ст.25). Из рассмотренных описаний книги «Деяний Святых Апостолов», как нельзя более ясно, убеждаемся, что Апостольский образец для Церкви состоит в том, что важные вопросы, «по утверждению учения веры и благочестия» равно как и по Церковному управлению (избрание 12-го Апостола и 7-ми диаконов) должны рассматриваться и решаться сообща всею Церковью. Так как в с я в совокупности Церковь не может никогда и нигде собраться, вследствие многочисленности своих членов, как не собиралась она и при Апостолах, то, несомненно, под всею Церковью разуметь должно представителей всей Церкви. Как на Апостольских собраниях присутствовали сами Апостолы, затем пресвитеры и братия, так и вообще на Соборах Церковных всех времен должны присутствовать епископы и пресвитеры, и миряне, в лице своих представителей. Присутствие всех этих представителей должно выражаться соучастием в общем исследовании подлежащих вопросов и в единодушном решении. На подобных же Соборах представителей всей Церкви должно совершаться и избрание кандидатов на иерархические должности. Дело епископов, как «приемников Апостолов», кроме участия в избрании, «возлагать руки» на избранных, т.е. совершать таинство священства. В задачу нашего рассуждения не входят соображения о том, как должны подаваться голоса на Соборе, какое участие должны иметь на Соборе клирики и миряне – решающее или совещательное. Для нас представляется несомненным только то, что ни насилиям, ни принуждениям, ни запугиваниям и угрозам, ни пренебрежениям к голосу членов мнящихся «не-мощнейшими», «бесчестнейшими», «неблагообразными», по Апостолу, на Соборе не должно быть место. Все должно там, как и везде и во всем – христианском, быть любовно (1Кор.16,14). Все прения должны свестись к единодушию, как на Соборе Апостольском.

Размер шрифта

A- A A+