Истинно-Православная Церковь в Советском Союзе в ее отношении

к Русской Православной Церкви Заграницей

 

 

После Великой Русской Катастрофы 1917 года и начала гонений на веру в России Православная Церковь в нашей стране на протяжении почти ста лет не была организационно единой. Сначала большевики инспирировали обновленческий раскол 1922 года, арестовав пользовавшегося огромным уважением у верующего народа св. Патриарха Тихона. Затем, видя, что за обновленцами-реформаторами, называвшими себя «красной» церковью, православный народ не идет, организовали еще ряд расколов, используя как свою агентуру среди иерархии, так и запуганных репрессиями церковных деятелей. В самом конце 1925 года, после ареста Местоблюстителя Патриаршего Престола св. Митрополита Петра (Полянского), возник «григорианский» раскол, а в 1927 году, после неожиданного освобождения из лубянской тюрьмы ОГПУ одного из заместителей Патриаршего Местоблюстителя митрополита Сергия (Страгородского) – «сергианский». Православная Церковь осудила эти расколы и постепенно усвоила себе наименование Истинно-Православной, которое отличало ее от созданных советской властью псевдоцерковных группировок, претендовавших на наименование «Православной Российской» или, позже, «Русской Православной Церкви».

В результате репрессий 1930-х гг. практически вся Истинно-Православная Церковь в России ушла в подполье, или «катакомбы», поэтому вошла в историю также и как Катакомбная Церковь. В полном единомыслии с нею находилась Русская Православная Церковь Заграницей, объединявшая русских эмигрантов – изгнанников из родной страны, оказавшихся разбросанными по разным странам в результате поражения Русской армии во время Гражданской войны. Было бы глупо охватить в одном докладе всю историю Истинно-Православной Церкви советских времен – как ее катакомбной, так и зарубежной частей. Поэтому мы остановимся на довольно малоизученном вопросе – истории и каноническом статусе той части Истинно-Православной Церкви в СССР, которая поддерживала общения с РПЦЗ и постепенно, оставаясь в катакомбах, перешла под каноническое и административное управления Синода РПЦЗ, находившегося в Нью-Йорке.

Вообще, канонические структуры нашей Российской Церкви за пределами Российской Империи существовали еще с XVIII в., а с XIX  в. часть из них была объединена в епархии и миссии. Временное высшее церковное управление РПЦЗ образовано 20 ноября 1920 г. в Константинополе (Стамбуле), куда эвакуировалась из Крыма армия генерала Врангеля, вместе с которой в эмиграции оказалась и группа православного духовенства во главе с епископами. Формирование самостоятельной канонической структуры РПЦЗ завершилось на Всезарубежном Соборе в Сремских Карловцах (Королевство сербов, хорватов и словенцев, ныне – Сербия) в 1921 г. Канонической основой самостоятельности РПЦЗ (равно как и Истинно-Православной, Катакомбной Церкви) являются Указ Патриарха, Священного Синода и Высшего Церковного Совета Православной Российской Церкви от 20 ноября 1920 г. о временном самоуправлении групп епархий, оказавшихся вне связи с Высшей церковной властью, а также ряд канонических прецедентов из истории Православной Церкви.

Церковное разделение между предшественником нынешней Московской патриархии (Временным патриаршим Синодом митрополита Сергия) с одной стороны и ИПЦ и РПЦЗ – с другой стороны возникло в 1927 году в связи с публикацией документа, вошедшего в историю как «декларация» Заместителя Патриаршего Местоблюстителя Российской Церкви митрополита Сергия (Страгородского) и Временного при нем Священного Патриаршего Синода от 29 июля того года (опубликовано в «Известиях» 19 августа). Помимо того, что истинно-православные и русские зарубежные епископы того времени не признали полномочия митрополита Сергия как главы Церкви, для православных были неприемлемы политические заявления "декларации" (отмежевание от монархии, признание Советского Союза своей родиной, радости которой становятся радостями Церкви), а для РПЦЗ – еще и требование к духовенству дать письменную подписку о лояльности советской власти.

Окончательный разрыв РПЦЗ с той частью РПЦ МП, которую возглавлял митрополит Сергий, можно отнести к 1934 году, когда Сергий подверг "запрещению в священнослужении" всю иерархию и клир РПЦЗ, а Собор Епископов последней признал церковное управление Сергия незаконным.

С конца 1920-х - начала 1930-х гг. в официальных документах и публицистике РПЦЗ утвердилась исповедание духовного и канонического единства Русской Церкви в эмиграции с Катакомбной, или Истинно-Православной, Церковью в Советском Союзе. Третий Первоиерарх РПЦЗ св. Митрополит Филарет (Вознесенский) отмечал: «Катакомбная Церковь в России относится с любовию и полным доверием к Церкви Зарубежной (…) Признать церковь лукавнующих [РПЦ МП] носительницей и хранительницей благодати мы, конечно, не можем».

Еще раз напомню, что Катакомбной, или Истинно-Православной Церковью в РПЦЗ называли всю совокупность различных "ветвей" и "течений", объединявших православных иерархов, клириков и мирян, которые не признавали законности церковного управления митрополита Сергия, отвергали его "декларацию" и прерывали с ним и его последователями каноническое общение. Вопрос о течениях («ветвях») Катакомбной, или Истинно-Православной, Церкви в СССР, которые в условиях невозможности созвать законный Собор и организовать централизованное церковное управление существовали разрозненно и автономно изучен слабо. Различные источники выделяют следующие течения, или группы, ИПЦ: "иосифляне", "викториане", "даниловцы", "буевцы", "андреевцы", "ярославская автокефалия", "серафимо-геннадиевцы (секачевцы)", "бахметевцы", «ершовцы» и др.

Провозглашение духовно-канонического единства РПЦЗ с Катакомбной Церковью в СССР проявилось имело место на каждом богослужении: в конце 1930-х гг. в богослужебный устав РПЦЗ была введена особая литургическая формула поминовения иерархии Катакомбной Церкви: "О православном епископстве Гонимыя Церкви Российския...". Однако фактическая связь РПЦЗ с Истинно-Православной Церковью была весьма затруднена по причине «железного занавеса», отделявшего Советский Союз от остального мира. В период до Второй мировой войны достоверно известен лишь один случай присоединения к РПЦЗ священника Катакомбной Церкви, которому удалось бежать из СССР. Это протопресвитер Михаил Польский, который описал жизнь Катакомбной Церкви в довоенном Советском Союзе в ряде публикаций, в частности – в книге « Положение Церкви в Советской России: Очерк бежавшего из России священника». В результате оккупации части территории СССР немецкими войсками в 1941-44 гг. возможность бежать на Запад получили многие священнослужители и миряне, пополнившие клир РПЦЗ. Так, в состав иерархии РПЦЗ вошел служивший в Украине архимандрит Леонтий (Филиппович), ставший за рубежом архиепископом Чилийским и сыгравший важную роль в установлении в 1960-е гг. почтовой связи между Архиерейским Синодом РПЦЗ и группой катакомбного духовенства в СССР во главе с иеромонахом Лазарем (Журбенко). Практически в полном составе к РПЦЗ присоединилась Псковская православная миссия, действовавшая в 1941-44 гг. на оккупированных территориях Псковской, Новгородской и Ленинградской областей.

Сохранились документальные данные и свидетельства о том, что некоторые священники Катакомбной Церкви, утратившие связь с епископами, начинали поминать в качестве своих предстоятелей первоиерархов РПЦЗ - Митрополитов Анастасия, а позже - Филарета. Практические вопросы о переходе в каноническую юрисдикцию РПЦЗ обсуждались в 1960-е гг. катакомбным духовенством на совещаниях в Воронеже под председательством иеросхимонаха Амвросия (Капинуса).

В 1975 году в Архиерейский Синод РПЦЗ, который тогда возглавлял св. Митрополит Филарет (Вознесенский), поступило письменное прошение 14 священников Истинно-Православной Церкви (ИПЦ) из России и Украины, которые сообщали, что они лишились епископского руководства после смерти одного из канонических катакомбных епископов. Достоверно установлены следующие имена клириков, входивших в состав этой группы: иеросхимонах Серафим (Марков) (ум. в 1979 г.), протоиерей Михаил Рождественский (ум. в 1988 г.), иеромонах Лазарь (Журбенко) (ум. в 2005 г.), иеромонах Никита (Лехан) (ум. в 1985 г.), иеромонах Тимофей (Несговоров) (ум. в 1975 г.), иеромонах Александр (Орлов) (ум. в 1977 г.), иеромонах Феодор (Рафанович) (ум. в 1975 г.), иеромонах Назарий (Конюхов) (ум. в 1975 г.), иеромонах Филарет (Метан) (ум. в 1975 г.), иеромонах Тихон (Зорин) (ум. в 1976 г.), священник Филипп Сычев (ум. в 1978 г.), иеромонах Пахомий (Петин) (ум. в 1985 г.). Эта группа была официально принята в каноническое подчинение РПЦЗ, а непосредственным правящим архиереем этих катакомбных клириков стал председатель Архиерейского Синода РПЦЗ св. Митрополит Филарет (Вознесенский). Таким образом, именно 1975 год можно считать точкой отсчета истории официальных канонических структур РПЦЗ на территории Украины, России и других стран бывшего СССР.

Но наряду с ними на территории Украины, России и других республик СССР осталось как минимум несколько десятков катакомбных клириков, не вошедших в юрисдикцию РПЦЗ. Основную их массу составляли так называемые «секачевцы», чья иерархия возникла при загадочных обстоятельствах в 1971 г. и не признана РПЦЗ канонической, а также «бахметевцы», чей глава – архиепископ Феодосий (Бахметев) – скончался в 1986 г. Разумеется, не имели возможности войти в какой-либо контакт с РПЦЗ и те катакомбные клирики, которые находились в местах лишения свободы (наиболее известный их представитель – «андреевский» иеромонах Гурий (Павлов) (ум. в 1995 г. в сане епископа Казанского)).

ИПЦ и РПЦЗ, как я уже говорил, не мыслили себя разными Церквами, а исповедовали свое каноническое единство в лоне единой поместной Российской Церкви. В Положении об РПЦЗ, принятом ее Собором Епископов в 1956 г., прямо указывается, что РПЦЗ не является самостоятельной Поместной Церковью, а представляет собой "временно самоуправляющуюся часть Поместной Российской Церкви". Именно в рамках такого канонического сознания было возможно столь распространенное в катакомбной среде поминовение первоиерархов РПЦЗ как "первых епископов" всей поместной Российской Церкви. Очевидно, что, отталкиваясь от такого канонического сознания, группа клириков ИПЦ и обратилась в 1975 году в Архиерейский Синод РПЦЗ, воспринимая его как единственную во всей своей Поместной Церкви уцелевшую инстанцию Высшей церковной власти.

Управление российскими катакомбными приходами из Нью-Йорка, где располагался Архиерейский Синод РПЦЗ, не могло не носить несколько условного характера, поэтому практически сразу после принятия группы истинно-православных священников под омофор зарубежного Синода встал вопрос о поставлении для них собственного епископа. Проблема обострялась по мере того, как умирали катакомбные священники, в массе своей весьма преклонного возраста, которые имели каноническое рукоположение, полученное в 1920-50-е гг. За период с 1975 по 1980 гг. скончались иеромонахи Тимофей (Несговоров), Александр (Орлов), Феодор (Рафанович), Назарий (Конюхов), Филарет (Метан), Тихон (Зорин) и священник Филипп Сычев, присоединившиеся в 1975 г. к РПЦЗ. Единственным клириком непенсионного возраста среди духовенства РПЦЗ в России являлся иеромонах Лазарь (Журбенко). Стоит вкратце напомнить его биографию. Родился в 1931 г. на Кубани. Во время искусственно спровоцированного советской властью Голодомора 30-х гг. осиротел. Духовное воспитание проходил у старцев Истинно-Православной Церкви на Кубани священника Константина Высоцкого, иеромонаха Самуила и иеросхимонаха Феодосия (Кашина). 17 сентября 1947 г. пострижен в иноки с именем Феодосий старцем Феодосием (Кашиным). 21 марта 1950 г. арестован и 13 января 1951 г. осужден по ст. 58-10 ч. 2 и ст. 58-11 Уголовного кодекса РСФСР на 10 лет концлагерей. Отбывал срок в Карагандинском концлагере, где неоднократно помещался в карцер. В 1955 г. освобожден по состоянию здоровья, поселился в Глинской пустыни Сумской епархии РПЦ МП, после закрытия монастыря в 1960 г. вернулся на Кубань. В 1971 г., по письменному благословению епископа РПЦЗ Леонтия (Филипповича) тайно рукоположен во иеромонаха архиепископом РПЦ МП Вениамином (Новицким). В 1975 г. схиархимандритом Амвросием (Ивановым) пострижен в монашество с именем Лазарь.

В 1981 году, в обстановке секретности, Архиерейский Собор РПЦЗ принимает решение о рукоположении во епископа иеромонаха Варнавы (Прокофьева), для «внешних» остававшегося протоиереем Владимиром, настоятелем храма св. Архистратига Михаила в Каннах (Франция). Служивший в 1981 г. секретарем Архиерейского Синода РПЦЗ епископ Григорий (Граббе) (ум. в 1995 г.) так вспоминает об этом: «На Архиерейском Собоpе было постановлено тайно постричь в монашество и хиротонисать во Епископы клирика Западно-Европейской епархии, у которого в СССР жила сестра, благодаря чему он мог легче получить визу для проезда туда. Этому, тайно рукоположенному Епископу было поручено Собоpом тайно же хиротонисать во Епископы о. Лазаря, для возглавления им катакомбных клириков и их общин». Архиерейский Собор РПЦЗ рассмотрел несколько кандидатов во епископы для российских катакомб. Одним из таких кандидатов был священник Михаил Рождественский, рукоположенный еще в довоенные годы "иосифлянами" катакомбный исповедник, окормлявший истинно-православных христиан в Санкт-Петербурге и в некоторых других регионах России. Собор не стал делать окончательного выбора одного кандидата, предоставив тайному епископу Варнаве возможность сориентироваться на месте, в Москве.

Прибыв в Москву в мае 1982 года, епископ Варнава смог найти лишь о. Лазаря, благодаря тому, что постоянную связь с ним удалось наладить архиепископу Женевскому и Западно-Европейскому Антонию (Бартошевичу), которому о. Лазаря, в свою очередь, рекомендовал известный церковный диссидент, остававшийся, впрочем, в РПЦ МП, священник Димитрий Дудко. Незадолго до этого, в 1980 г., находясь в специзоляторе КГБ "Лефортово", о. Димитрий Дудко выступил по советскому телевидению со своим известным "покаянием", где признал свою пастырскую активность "антисоветской". Согласившись сотрудничать с советскими спецслужбами, он был отпущен на свободу, что первоиерарх РПЦЗ Митрополит Филарет охарактеризовал как "падение" и объяснил его тем, что о. Димитрий находился "вне Истинной Церкви". Тем не менее, архиепископ Антоний (Бартошевич) продолжал консультации с о. Димитрием по вопросу о рукоположении катакомбного епископа даже после этих событий. 10 мая 1982 года, на квартире катакомбной монахини Феодоры в московском районе Тушино, епископ Варнава единолично рукоположил во епископа для российских катакомб о. Лазаря (Журбенко), который получил титул “Тамбовского и Моршанского”. По некоторым сведениям, в 1990 году, когда епископ Лазарь впервые получил возможность выехать из СССР и прибыть в Архиерейский Синод в Нью-Йорке, над ним было совершено «восполнение» единоличной хиротонии через возложение рук епископов РПЦЗ во время Божественной литургии в Знаменском Синодальном соборе.

По сведениям последователей епископа Лазаря, образовавших впоследствии самоуправляющуюся часть РПЦЗ на постсоветской территории – Русскую Истинно-Православную Церковь (РИПЦ), вокруг этого иерарха в 1982-89 гг. «объединились многие катакомбные общины ИПЦ на Кубани, Украине, в Центрально-Черноземной части России, Северном Кавказе, Белоруссии, Сибири, Казахстане, Башкирии и других регионах». За этот период епископ Лазарь рукоположил около 20 новых священников для катакомбных общин в указанных регионах, а также принял нескольких священников из других «ветвей» ИПЦ, которые он считал неканоническими (прежде всего из «секачевцев»).

Вместе с тем, хиротония епископа Лазаря привела к первому разделению среди последователей РПЦЗ в СССР - небольшая их часть отказалась перейти под его омофор. Негативное восприятие епископа Лазаря в катакомбной среде усиливалось от того, что он демонстрировал недоброжелательное отношение к тем истинно-православным, которые не признавали его юрисдикции, и собирал различные "доказательства неканоничности" всех современных ему катакомбных епископов. Особое внимание епископ Лазарь уделял «разоблачению» иерархов так называемой «секачевской» (иные названия - "серафимо-геннадиевская", или «поздеевская») «ветви» ИПЦ, основанной в 1971 году схимитрополитом Геннадием (Секачем) и имевшей наиболее многочисленный клир - по сравнению с другими православными группами в СССР, не признававшими РПЦ МП. По докладу епископа Лазаря о «неканоничности» всех оставшихся на территории СССР катакомбных епископов Архиерейский Собор РПЦЗ, не проведя никакой проверки представленных материалов, принял решение не признавать "сущий сан" всех катакомбных иерархов (за исключением, собственно, епископа Лазаря), предложив им вступить в общение лишь при условии «хиротесии», то есть, фактически, нового рукоположения. Естественно, это предложение Архиерейского Синода было отвергнуто большинством катакомбников, не сомневавшихся в каноничности своих хиротоний, и стало еще одной причиной недоверчивого отношения многих катакомбных христиан к РПЦЗ. Активная деятельность епископа Лазаря и его свободные перемещения по Советскому Союзу, особенно в эпоху усиления контроля за религиозной жизнью в годы руководства страной Ю.В. Андроповым, усилили подозрения в катакомбной среде относительно личности и реальных целей деятельности этого иерарха. По признанию настоятеля московской общины епископа Лазаря священника Олега Орешкина, все другие «ветви» Катакомбной Церкви считали иерарха агентом КГБ. Известно, например, что катакомбные общины Вятского края, оставшиеся без иерархии после смерти в 1976 г. окормлявшего их архиепископа Антония (Галынского-Михайловского) и всегда ориентировавшиеся на РПЦЗ, не присоединялись к этой Церкви из-за недоверия к епископу Лазарю. Лишь после появления в России другого епископа РПЦЗ, Валентина (Русанцова) Суздальского, священник Валентин Аристов с вятскими общинами присоединился к Суздальской епархии РПЦЗ, а вскоре после ее административного обособления принял монашеский постриг с именем Антоний и епископский сан.

Со временем катакомбники, не признавшие епископа Лазаря, подвели под свое недоверчивое отношение к РПЦЗ более определенную каноническую базу. По их мнению, Митрополит Виталий, ставший Первоиерархом РПЦЗ в 1986 году, стал искать пути к сближению с официальным «мировым православием», терпимо относясь к фактам сослужения своих клириков с экуменистами, которые в некоторых епархиях (особенно в Западно-Европейской) приобрели массовый характер и даже были официально разрешены в письменном обращении архиепископа Женевского и Западно-Европейского Антония к своим клиру и пастве. В этих фактах, а позже и в открытии легальных, имеющих государственную регистрацию, приходов РПЦЗ на территории России, увидели многие “катакомбные ревнители” отступление от твердых принципов, которых придерживалась Зарубежная Церковь при своих первых трех Митрополитах - Антонии, Анастасии и Филарете.

ВЫВОДЫ:

  1. Современная Московская патриархия, происходящая от группы митрополита Сергия (Страгородского), возникшей в 1927 году, а также от обновленчества, влившегося в эту группу в 1943 году, является лишь одним из расколов от канонической Православной Российской Церкви.
  1. Истинно-Православная Церковь, не принявшая группу митрополита Сергия и ее еретическую идеологию, на протяжении всей своей истории не имела административного единства, а существовала в виде множества равночестных, признающих друг друга «ветвей» (...). Административное единство всех этих «ветвей», если в нем есть необходимость, может быть восстановлен лишь на будущем всеобщем их Соборе, который стал бы продолжением Всероссийского Церковного Собора 1917-18 гг.
  2. Истинно-Православная Церковь непрерывно существовала на протяжении всей советской эпохи, хотя и подвергалась масштабным репрессиям, пики которых приходятся на 1930-40-е и на начало 1960-х гг. Уже в 1930-е гг. ИПЦ полностью перешла на нелегальное существование, в катакомбы, а первые попытки легализации были предприняты только в 1990 г. Значительная часть истинно-православных в России до сих пор не признает возможности легального существования в безбожном государстве и не принимает государственную регистрацию.
  3. Духовно и канонически ИПЦ на протяжении всего советского периода была едина с РПЦЗ. Это единство было прервано уже после падения советской власти в результате внутренних процессов в РПЦЗ, которые привели значительную часть этой Церкви в 2007 году к поглощению Московской патриархией.

Размер шрифта

A- A A+